Макроэкономика

Экономика в феврале еще не знала коронавируса

25 мар Андрей Куц. События в марте развивались настолько быстро и настолько драматично, что поступающая сейчас экономическая статистика за февраль кажется запоздавшей телеграммой из детства, когда все деревья были большими. Февраль 2020 – это аналог 1913 года, с которым когда-то было принято сравнивать все экономические достижения или недостатки.

Если не знать того, что произошло в марте, то только бы радоваться такой статистике – ускорение роста произошло почти по всем основным показателям: ВВП, промышленное производство, строительные работы, сельское хозяйство. При этом темп роста оборот розничной торговли и вовсе был рекордным с декабря 2014 года. Правда, эти достижения во многом обусловлены лишним днем високосного года, но сейчас это уже почти не важно, потому что конкретные цифры, выражающие эти показатели, практически утратили смысловой вес, потому что все они родом из того самого детства, когда деревья были большими.

Уже в марте цифры будут другими, а если какие-то из них не рванут вверх или не рухнут вниз, то только благодаря инерции, которая не бесконечна. Мировая экономика не может перешагнуть безболезненно через такой шок, а экономика России, во-первых, уже неотрывна от мировой, а во-вторых, еще слишком зависима от конъюнктуры сырьевых рынков. Бюджетное правило исправно работало в пределах определенного коридора. Как только нефть вышла за рамки этого коридора, рубль сразу потерял устойчивость.

Сейчас прогнозировать ситуацию даже на несколько месяцев вперед – занятие более чем неблагодарное. В каждом срезе экономической действительности густая чернота неопределенности. Перекрестились три главных фактора – нефть, рубль, пандемия. С первыми двумя более-менее понятно, так как прецедентов не счесть. Самый близкий – конец 2014 года, когда Саудовская Аравия точно также «психанула», цена нефти свалилась, а вместе с ней и рубль, после чего весь 2015 год российская промышленность не выходила из отрицательных темпов, инвестиции снизились почти на 10%, а потребительский спрос ушел в устойчивый минус на два года.

Аналогичный сценарий сейчас вполне возможен. Если вывести за скобки коронавирус, то глубина падения и его продолжительность, возможно, будут меньше, чем в 2015 году, потому что сейчас российская экономика посильнее и пожирнее, чем пять лет назад. Но ведь коронавирус за скобки уже не вытолкать. В Европе остановились автомобилестроительные заводы, принадлежащие тем самым компаниям, которые выпускают три четверти легковых автомобилей в России, «Автотор» заявил о возможном снижении производства в Калининграде, «СОЛЛЕРС» – о возможной остановке предприятий, а итальянская Pirelli без лишних сомнений начала останавливать шинные заводы в Воронеже и Кирове. Если ситуация пойдет по спирали вглубь, то таких заявлений и действий будет больше. И это может сильнее сказаться на экономике, чем рубль и нефть.

Но при этом не исключено и обратное – глубокий спад в одном секторе будет компенсирован резким ростом в другом. Серьезная болезнь, как правило, проходит при беспорядочных колебаниях то температуры, то давления, то уровня гемоглобина. А поэтому снижение выпуска шин вполне может быть компенсировано ростом рекламного телерынка или увеличением производства того полимера, из которого изготавливаются медицинские маски и перчатки. Кто-то уходит в неоплачиваемый отпуск, а кто-то работает в три смены.

В отличие от нефтяного и рублевого шока, шок от вируса тем опаснее сейчас кажется, что прецедентов мы не знаем, опыта не имеем и прогнозировать экономические последствия пандемии можем только, ссылаясь на чуму четырнадцатого века, которая выкосила пол-Европы.

Даже в пределах какой-нибудь одной отрасли – полная непонятица. Допустим, что будет с туристической индустрией, с авиакомпаниями, с производителями туалетной бумаги и парацетамола, более-менее ясно. Одних частично спасут за счет бюджета, другие просто лопнут от счастья. Но что будет, например, с производителями детских колясок в ближайшие полгода? Или с предприятиями культуры – театрами, кинотеатрами и прочими? Или с той же нефтедобывающей отраслью, которая, вроде бы, полностью прозрачна в этих условиях, но, тем не менее, и ее будущее сейчас видится в тумане, потому что не ясно, кто кого переглядит – мы саудитов или они нас.

По причине вышесказанного не возьмемся сейчас прогнозировать итоговые экономические показатели 2020 года, по крайней мере, до публикации мартовской статистика. Хотя и она, скорее всего, большой ясности не внесет.

РИА Рейтинг – это универсальное рейтинговое агентство медиагруппы МИА «Россия сегодня», специализирующееся на оценке социально-экономического положения регионов РФ, экономического состояния компаний, банков, отраслей экономики, стран. Основными направлениями деятельности агентства являются: создание рейтингов регионов РФ, банков, предприятий, муниципальных образований, страховых компаний, ценных бумаг, другим экономических объектов; комплексные экономические исследования в финансовом, корпоративном и государственном секторах.

МИА «Россия сегодня»  международная медиагруппа, миссией которой является оперативное, взвешенное и объективное освещение событий в мире, информирование аудитории о различных взглядах на ключевые события. МИА «Россия сегодня» представляет линейку информационных ресурсов агентства: РИА Новости, РИА Новости Спорт, РИА Новости Недвижимость, Прайм, РИА Рейтинг, ИноСМИ, Социальный навигатор. За рубежом медиагруппа представлена международным новостным агентством и радио Sputnik. Следите за новостями МИА «Россия сегодня» в телеграм-канале пресс-службы  «Зубовский, 4»